Алтайский лес просит защиты

Не надо быть местным жителем и углубляться в лесные дали, чтобы заметить масштаб проблемы. Достаточно проехать по районным дорогам, где обязательно встретятся вереницы лесовозов. Особой остроты добавляет и то, что промышленные рубки ведутся на территории ленточного бора – уникального для России природного явления. Экологи и общественники уже давно предупреждают, что утрата этих зеленых островков превратит в пустыню не только значительную территорию Алтая, но и юга Западной Сибири.

Вот только органы власти никакой проблемы в этом не видят. На все жалобы и обращения приходят формальные отписки – нарушений не обнаружено, лесозаготовки ведутся в рамках закона. Более того, в СМИ регулярно выходят статьи об улучшении ситуации. Уже который год количество незаконных рубок в лесах региона снижается, а планы по лесовосстановлению перевыполняются. Да и сами лесозаготовители отчитываются о применении передовых технологий и соблюдении всех нормативов. С особой гордостью арендаторы заявляют, что алтайские леса теперь пилят новейшие финские роботизированные комплексы – харвейстеры и форвардеры.

Так в чем же дело? Почему местные жители видят одно, а чиновники – совсем другое? В непростом вопросе ведения лесного хозяйства в Алтайском крае мы попробовали разобраться вместе с доктором сельскохозяйственных наук, профессором кафедры ботаники, плодоовощеводства и лесного хозяйства АГАУ Александром Маленко.

– Александр Анатольевич, почему к ленточным борам привлечено такое пристальное внимание ученых-лесоводов и экологов, в чем их уникальность?

– Ленточные боры Западной Сибири представляют собой необычное, нигде в мире не встречающееся фито-географическое явление в сухой и бескрайней Кулундинской степи. На протяжении 400 км они пересекают три природные зоны, в которых крайне неблагоприятные климатические факторы для произрастания сосны. Особенно тяжелые условия складываются в юго-западной части боров, которые прилегают к очень сухим, почти полупустынным степям. Своеобразие этих боров не укладывается в сложившиеся лесорастительные и лесохозяйственные нормативы и стандарты, свойственные сосновым лесам других регионов. И эту особенность всегда нужно учитывать при проведении лесохозяйственных мероприятий, особенно при рубках леса.

– Есть ли примеры, когда бесконтрольные рубки леса приводили к тяжелым последствиям?

– Да, и как раз у нас, в Сибири. Интенсивное освоение земель за Уралом за последние 200 лет привело к сокращению площади боров не менее, чем на ¼. В результате к началу ХХ века появились такие явления, как пыльные бури, заносы песком полей, водоемов, сельских поселений. Ситуация ухудшилась настолько, что в 1931 году СНК СССР принял специальное постановление, которым ленточные боры края были отнесены к категории защитных лесов. Ужесточились требования к рубкам леса, к сохранению подроста, разработке горельников, уборке порубочных остатков.
Даже в условиях Великой Отечественной войны Правительство отнесло наши ленточные боры к категории лесов первой группы с условиями максимального сохранения лесной среды и восстановления хозяйственно-ценных древесных видов.

– А сегодня какой статус у ленточных боров, если там ведутся рубки?

– С принятием Лесного кодекса 2006 года их отнесли к категории «ценные леса». Но несмотря на признание защитной роли ленточных боров в качестве приоритетной, в сравнении с их сырьевым значением, они оказались в аренде холдинга «Алтайлес» для заготовки древесины. Парадоксально, но в сухой степи появились частные ЛДК и Павловский ДОК, которым нужна древесина для их работы!

– Почему же лесозаготовители не берут в аренду таежные участки, а предпочитают бор?

– Ленточные боры – это легкодоступные равнинные леса, не требующие больших затрат на заготовку древесины по сравнению с горными или растущими на болотистой местности. Заготовку леса в бору можно проводить круглогодично, там не нужно строить дорогостоящих дорог. Да и ценная сосновая древесина в борах не идет ни в какое сравнение с гнилой и сучковатой древесиной ели и пихты.

– В чем опасность применения автоматизированных технологий при заготовке леса?

– В нагрузке на лесные экосистемы. Использование гужевого транспорта на трелевке леса, а также колесных тракторов приводит к незначительным повреждениям, которые быстро восстанавливаются. Другое дело механизированные технологии с использование харвейстера на заготовке и фарвардеров на вывозке леса. Они, безусловно, упрощают весь процесс, но должны применяться исключительно на сплошнолесосечных рубках, допустимых в многолесных районах, где вопрос сохранения природной среды стоит не так остро, как в защитных лесах. Для сравнения, в Финляндии, где производят эти машины, покрытая лесом площадь составляет 71%, а у нас в зоне ленточных боров только 18,3%. Не случайно местные жители и волонтеры в ряде районов Алтайского края забили тревогу, увидев, что после себя оставляют эти «сибирские цирюльники».
Я убежден, что при выращивании и уходе за лесом, основную работу должны выполнять высококвалифицированные специалисты лесного хозяйства. Сужу об этом исходя из опыта производственной, научной и научно-педагогической деятельности в ленточных борах. Мне также знакомо ведение лесного хозяйства в Германии.

– И при каких условиях производят машинную заготовку древесины за рубежом?

– В Германии нам показали такую технологию, когда харвейстер движется строго по постоянно действующему волоку и спиливает обозначенные в рубку деревья по обе стороны на 12-метровую длину манипулятора. Если на участке произрастают редкие виды растений, ширина пасеки между волоками увеличивается в два раза. Заготовку древесины в этой части лесосеки проводят с помощью бензопил, а трелевку осуществляют лошадьми, которых специально содержат фирмы, занимающиеся заготовкой леса. И никто с экологами не спорит. Надо – значит надо. При этом на лесосеке в ближайшую осень с помощью тех же лошадей проводят ручной посев семян древесных пород для восполнения густоты.
К сведению, рубки леса в Германии проводят через 10 лет, по интенсивности вырубают только 7-8%. Вот так они берегут свой лес.

– А как происходит заготовка древесины на харвейстерах у наших арендаторов?

– Подозреваю, что эта работа далека от идеала. Мне иногда звонят бывшие студенты, кто трудится у арендатора. Они в замешательстве. С одной стороны, они в душе еще остаются лесоводами и им непонятно, почему так жестоко поступает хозяин, назначая слишком интенсивную рубку, зачем проводят сплошную рубку коридорами, ведь раньше такого не было. Просят приехать и дать свою оценку происходящему. С другой стороны, они на этом зарабатывают деньги и вынуждены содержать семьи.

В прошлом году мне довелось самому побывать на одной из лесосек, где зимой провели машинную заготовку леса. В первую очередь бросилась в глаза завышенная высота пней, некоторые достигали 40 и даже 50 см. Между прочим, за такое нарушение положены штрафные санкции. При этом сплошная вырубка под технологические волока составляла 7,5-8 м. Сами волока располагались хаотично. Вырубка сухостойных и подлежащих в рубку деревьев не проводилась. По-видимому, за счет волоков и был вырублен запланированный объем древесины. Вероятно, следующим приемом будет проведена такая же сплошная рубка под предлогом проведения новых технологических волоков, а после третьего захода лесосека станет сплошнолесосечной рубкой, что в защитных лесах недопустимо.

– Кто же назначает деревья в рубку на арендованных участках?

– В лесхозах этим традиционно занимались бригады лесников под руководством мастеров леса. Это были местные люди, имеющие большой опыт работы в лесу и бережно относившиеся к нему. Ими неукоснительно соблюдались правила отвода, в рубку назначались в первую очередь старые, перестойные деревья, имеющие пороки ствола и кроны.

После передачи боров в аренду и последующей оптимизации кадров, отводами деревьев в рубку занимаются наемные люди, ранее не работавшие в лесу, во главе со старшим группы, прошедшим скоротечные курсы обучения. Считаю, это вопиющая ситуация, когда арендатор сам себе отводит деревья в рубку. О соблюдении правил отвода деревьев в данном случае речи не идет, поскольку в рубку поступают лучшие по всем параметрам деревья, а оставляются худшие.

– Что делает с порубочными остатками арендатор? Ведь их объем немаленький.

– Бросать их в лесу, конечно, недопустимо. Они могут спровоцировать пожары. А одна из особенностей ленточных боров – повышенная горимость. Поэтому здесь с давних пор порубочные остатки либо сжигали в пожаробезопасный сезон на лесосеках, либо утилизировали для последующей переработки на хвойно-кормовую добавку для скота и птицы.
Что здесь можно еще придумать? Оказывается, можно! Теперь арендатор придумал измельчать порубочные остатки лесными мульчерами и смешивать их с землей. Он полагает, что эта смесь будет быстро перегнивать, а почва обогащаться гумусом. Не получится. Совместно с учеными Томского и Алтайского университетов мы провели исследования физики горения лесных материалов. Получили данные, которые подтверждают, что и свежеопавшие хвоя, шишка, веточки, кора, а также частично перегнившая лесная подстилка, выделяют практически одинаковое количество тепла при сгорании. Из-за большого содержания смолы, все фракции перегнивают очень медленного. Так что накапливание и вдавливание колесами в песчаную почву порубочных остатков не способствует снижению пожарной опасности в лесу.

– Однако лесозаготовители, напротив, доказывают, что их вырубки даже полезны лесу. Прорежаются посадки, что также снижает и пожарную опасность. Это действительно так?

– Это просто безграмотность и насмешка над лесоводами, когда волоками машинной заготовки изреживают лесные культуры, созданные загущенной посадкой еще в 1950-1960-х годах! Более 200 лет назад основоположники степного лесоводства опытным путем доказали преимущества загущенных посадок перед редкими в жестких условиях сухой степи. В результате интенсивных рубок леса нарушаются сложившиеся биоценозы, изменяется растительный покров. В частности, исчезают брусничники и черничники, изменяется фауна, резко сократилось количество глухаря и белки-телеутки, птиц дуплогнездников.

Еще раз подчеркну, что сосна южной части боров испытывает колоссальную нагрузку от жесткого климата: повышенного ветрового режима, освещенности, температуры воздуха и почвы, дефицита влаги. Здесь она возобновляется и выживает только куртинами в биогуппах, где насчитывается до 100 тысяч сеянцев на гектар площади. С возрастом сосна самоизреживается, но сохраняет групповое размещение, при этом полнота древостоя может достигать показателя 0,7 и более. И это нормально. При такой полноте достигается наибольшая ее устойчивость. Так распорядилась природа.

– Что это за показатель – полнота древостоя? В чем его значение?

– Этот показатель является основополагающим для интенсивности рубки. Например, на участке площадью 625 м2 (25х25м) растет 10 деревьев сосны одного возраста. В данном случае экологическая ниша заполнена полностью и показатель полноты древостоя максимальный – 1,0 ед. Если вырубить 5 деревьев из 10, то получим полноту 0,5. Это нижний предел рубки для всех лесных районов. Переступать его никому не позволено, но только не нашему арендатору! В судебном порядке он оспорил узаконенные нормативы и добился снижения полноты при рубках до 0,3, т.е. позволил себе вырубать 7 деревьев из 10. Нонсенс. Это единственный, причем малолесный район в России, где судейским решением позволено так сильно изреживать лес, превращая его в редину!

– Можно ведь решать спорные вопросы, учитывая мнение ученых-лесоводов?

– Не то что можно, а нужно! И необходимые условия для этого были созданы. Еще в 2019 году приказом Минприроды России выделен Алтае-Новосибирский район лесостепей и ленточных боров. Это давало основание для совершенствования ведения лесного хозяйства в борах, в том числе для регулирования заготовки древесины, пожарной и санитарной безопасности лесов, лесовосстановления.

Кроме того, для научного обоснования этих задач Минприроды России при координации Всероссийского НИИ лесоводства и механизации лесного хозяйства проводились специальные исследования. Мне довелось в них участвовать вместе с кандидатом биологических наук Алексеем Малиновских. Итогом работы стала монография «Ленточные боры и ведение хозяйства в них» (2022), а для дополнительных исследований арендатору рекомендовали организовать в ленточных борах научный стационар. Увы, но ничего этого сделано не было!

– В прошлом году скандалами отметилось ООО «Содружество», ведущее лесозаготовки в Ребрихинском и Павловском районах. Местные жители протестовали против варварских рубок. А как вы оцениваете ведение лесного хозяйства этим арендатором?

– На мой взгляд никакого ведения лесного хозяйства во всем многообразии видов и пользований нет. Арендатор занимается только заготовкой и переработкой древесины. Все остальное его не интересует. Спелая древесина – это «сливки», которые он снимает. И если во всех основных лесных государствах мира на создание, уход, выращивание до возраста спелости и инфраструктуру расходуется около 70 % времени и материальных средств, то арендатору лесного участка это достается малозатратно. От его безграмотных и хищнических действий страдают и люди, и экология.

Сравните, например, объемы посадок сосны. Всего в 2024 году в Алтайском крае высадили 2148 га сосны. Из них на КАУ «Алтайлес» пришлось 1829 га (85,1%), на КАУ «Боровлянский лесхоз» 319 га (14,9%), а вот в ООО «Содружество» высадили всего 2,8 га. Вот такая забота о природе. Зато приписывают себе в качестве больших заслуг применение финских машин в алтайском лесу!

– Видите ли вы выход из нынешней ситуации? Когда прекратят варварские вырубки ленточного бора на Алтае?

– Я всегда был и остаюсь патриотом России и не считаю зазорным использовать опыт других странах. Например, в Германии на 2015 год в государственной собственности находилось 52,8% площади лесов, в частной – 47,2 %, аренды нет. При этом ведение лесного хозяйства, в том числе в частных лесах, проводит только государственная служба. Она выполняет все виды работ, включая отвод деревьев в рубку. Таким образом, не причиняя существенного ущерба природе, лесная отрасль Германии выпускает продукции на 180 млрд. евро и обеспечивает 1,3 млн. рабочих мест.

Почему же у нас в стране нельзя наладить такого же эффективного и бережного хозяйства? Ведь наш уникальный ленточный бор спасает от аномальных колебаний погоды, от песчаных заносов. Это то богатство, которое мы, к сожалению, не видим и не ценим.

В апреле прошлого года в Алтайском государственном аграрном университете председатель общественно-экспертного совета по вопросам экологии при Губернаторе Алтайского края Рашид Исмаилов читал открытую лекцию на тему: «Реализация природоохранной политики в России. Ключевые аспекты». Лектор рассказал о новом подходе в стране к сфере экологии. Была обозначена роль государства, бизнеса и каждого гражданина в решении этой проблемы. Отдельно отмечалось, что для бизнеса на первое место будет поставлен вопрос экологии, а лишь потом – прибыль. Как говорится: «Дай-то бог нашему теляти волка съесть». Но когда это будет?

Беседовал Артем Манаков

Фото 1. Александр Маленко со студентами первого курса АГАУ на акции «Семейный лес».
Фото 2. Александр Маленко у кедра, привитого на сосне.

Для справки.

Александр Анатольевич Маленко окончил Казахский сельскохозяйственный институт в 1974 году по специальности инженер лесного хозяйства, аспирантуру КазНИИЛХА в 1982 и докторантуру при Уральском ЛТУ в 2010 г. Общий стаж работы составляет 51 год, включая преподавательский стаж 23 года. В Алтайском аграрном университете работает с 2002 года, где долгое время возглавлял кафедру лесного хозяйства. Имеет более 200 научных публикаций. Научная деятельность связана с изучением ленточных боров Западной Сибири. За годы работы подготовил большое количество специалистов лесной отрасли не только Алтайского края, но и других регионов России.
Неоднократно был отмечен почетными грамотами и благодарностями отраслевых ведомств регионального и федерального уровней. В 2018 г. награжден Премией Губернатора Алтайского края в области лесного хозяйства и лесной промышленности имени Василия Степановича Вашкевича в номинации «За разработку и внедрение инновационных технологий, направленных на воспроизводство лесов». В 2025 году Президент России Владимир Путин присвоил Александру Анатольевичу почетное звание «Заслуженный лесовод Российской Федерации».